Евгений Федоров: "Мы действительно сейчас переходим к третьему этапу плана национального развития"

Уважаемые коллеги, мы действительно сейчас переходим к третьему этапу плана национального развития. Кроме того, в прошлый раз у нас были итоги выборов, но не мы еще не понимали их последствий, как они сложились. Сегодня уже прошло две недели, и все последствия достаточно вырисовываются, поэтому можно и с учетом этого вести диалог. Поэтому мы можем говорить о проблемах, которые нуждаются в корректировке уже в процессе реализации Плана Путина, который реализуется в течение нескольких лет. Мы можем говорить, что движение по этому плану отнюдь не безоблачное, что действительно есть серьезная проблема огромное сопротивление. В каком-то смысле, я считаю, мы просто недооценили многие вещи, например, масштабы зависимости страны от той ситуации, которая создалась при ее создании, когда фактически первый Президент России принял огромную помощь Соединенных Штатов и в обмен на эту помощь отдал значительную часть суверенитета.

Я так понимаю, что многие задачи, которые ставились на эти полгода, в том числе Президентом, в каком-то смысле не получились. Мы это тоже все понимаем.

Текущие выборы показали колоссальную поддержку людей курса в целом на укрепление суверенитета, в целом на развитие страны, при этом у них огромное количество вопросов к конкретным деталям, в каком-то смысле даже непонимание конкретных деталей. Кстати, это большая проблема с точки зрения общения с людьми. Получился реальный отрыв национального лидера, отрыв национальной команды от основной массы людей. Те структуры, которые у нас были, прежде всего это молодежные структуры, их деятельность не всегда воспринималась людьми, что они реализуют фактически их цели и задачи, и они тоже действовали в отрыве. Это тоже нужно понимать. То есть, есть ряд вещей , которые нужно проанализировать очень серьезно, потому что нам все равно идти этим курсом, и все равно нам надо решать эти задачи.

Второй момент, это отсутствие вообще серьезного влияния на ситуацию с точки зрения средств массовой информации. Идти на такое масштабное преобразование, фактически на национальную революцию с двумя каналами из десяти, из них восемь либо против, либо нейтральные, это все равно, что идти на танки идти в атаку с шашками и пиками. И эти вопросы придется решать. Отсюда огромная роль Государственной Думы, потому что концентрация курса сейчас вышла на Государственную Думу. Наверное, в большей степени нужно общаться с людьми, говорить им правду и подключать их к правде.

Включение людей в план в широком смысле. То есть на самом деле важнейшее направление - это развитие законов, которые касаются подключения людей. Первый закон, который мы с трудом приняли после трехлетнего обсуждения, которых был в первых планах Президента и просто не получался, это закон по саморегулируемым организациям. Закон только что подписан, только вступил, уже идут консультации с руководителями бизнеса по конкретным направлениям, чтобы развернуть этот закон, чтобы через него экономика и бизнес пришли в политику и создали точку опоры для развития национального курса. Такого рода законы нам надо вытаскивать, несмотря на сопротивление, их двигать вперед. Их довольно много.

По поводу СМИ, честно говоря, я не знаю, тут надо думать специалистам. Но понятно, что эту реформу могут сделать только специалисты, и понятно, что надо менять правила игры, надо уходить от механизмов рейтинга в том понимании, как они заложены в начале 90-х годов. Может быть, механизмы и правильные, но то понимание, которое в них заложено, направлено совершенно не в интересах Российской Федерации.

Я могу сказать, что в этом плане надо и опыт изучать. Я помню мою поездку в ФРГ в 1994 или в 1995 году, когда мы встречались с руководителями немецкого телевидения, только что назначенными на тот период. В то время только шло становление немецкого государства в том виде, как сейчас, только начало Евросоюза и подобным процессов. В Германии нам откровенно жаловались, транслируя нам те установки, которые им давало немецкое руководство, назначая руководителями телевидения. Они жаловались, что абсолютно не контролируют ситуацию с общественным мнением в Германии, ее полностью контролируют Соединенные Штаты. Сейчас ситуация радикально поменялась, немцы сумели за двенадцать лет полностью изменить информационное пространство не только Германии, не только Евросоюза, но и на Российскую Федерацию они оказывают серьезное влияние. Мы понимаем, как работают на нас каналы «Евроньюс». Такого 10-13 лет назад в той ситуации нельзя было себе представить. Они сумели решить эту проблему, решать ее и нам. Парадокс в том, что все вещи, которыми предстоит нам заниматься, достаточно подробно известны и их решает большинство государств, которые считают необходимым самим определять свою судьбу.

Следующий момент. Я считаю, что по этим выборам возникло большое непонимание, потому что люди не вышли на улицы, когда фактически иностранные государства вмешались во внутренние дела Российской Федерации, не признавая итоги выборов вообще на пустом месте. Это прямое вмешательство во внутренние дела. Абсолютно украинский сценарий двухлетней давности, который мы с вами видели и дружно критиковали. А в России мы его даже не заметили, и никто не заметил. Люди просто не поняли. И те несколько тысяч человек, которые вышли на Васильевский спуск, их обозвали пионерами, и что они мешают уличному движению. Люди просто ничего не поняли. Что произошло? Как произошло? Никто им ничего не объяснил. И вообще не было создано логики национального развития, которую все равно придется проходить.

И продолжение второе этапа - это закрепление развития, то есть решение тех вопросов, которые надо было решить несколько лет назад. Например, реформа правоохранительной системы, судебной системы, здравоохранения. Много лет назад это надо было решить. Нам нужно продолжить решать этапы предыдущего этапа, никто за нас эту задачу не сделает.

Это продолжение реформы экономики. Мы должны понимать, что, конечно, вопрос экономики, структуры экономики Российской Федерации, - это напрямую вопрос суверенитета. Это не вопрос экономической целесообразности как она звучала когда-то, как нам ее нам предлагали и писали, на иностранные гранты всю архитектуру законодательства. В этом плане нам все законодательство надо проанализировать. Но не самим, а опираясь на предпринимательские сообщества, если это в экономике, опираясь на общественные структуры, фактически опираясь на народ. Он должен быть втянут в реформирование, это должно быть его работой. Люди должны понимать, что это борьба, а не из Кремля им дарят подарки. А сейчас это воспринимается, что дарят подарки, но мало, могли бы и больше подарить. И не понимают, что каждое решение, каждый рубль, который Президент вытаскивает на пенсии, это в жесточайшей борьбе, и не в экономической, а в политической по своей сути. Эти проблемы тоже нужно решать.

В экономике, конечно, нужно создавать другую среду. Понятно, что та ситуация, когда каждый бизнесмен в Российской Федерации, вышедший на состояние десять миллионов долларов обязан фактически уйти в оффшоры. Я не знаю ни одного среднего предпринимателя в России, который не застраховался бы своим капиталом в оффшорах, которые находятся под американской юрисдикцией. Это же не случайные процессы?! Не случайно люди учат детей и сами считают, что для пенсии обязательно надо иметь домик в Испании. Это вся система и логика, заложенная в 90-е годы сознательно, профессионально, и не только в Российской Федерации, а во всех странах. И эти проблемы тоже нужно решать совершенно сознательно, и люди должны понимать, что они решаются, что все это происходит в борьбе и при их участии.

Поэтому, я думаю, нам надо выходить на план развития, в том числе в законодательстве, исходя из тех направлений, которые у нас есть на руках, и в контексте логики третьего курса.

Юрий Евгеньевич, конечно, в деталях над этим планом нужно подумать и развернуть его. Сходу мы не можем это сделать.